Category: знаменитости

Всполох

Умберто Эко об идее игры и её названии

Оригинал взят у jolaf в Умберто Эко об идее игры и её названии
Я уже не раз убеждался в истинности простого правила – какой боян ни запости, обязательно найдётся кто-нибудь, кто не читал, и кому это вдруг оказалось нужно именно сейчас. Перечитав, по случаю Бытия монахом "Имя Розы", я, разумеется, решил перечитать и Заметки на полях, и снова поразился тому, насколько они актуальны для ролевых игр. Так что немножко помучаю вас цитатами. Хотя вообще-то, конечно, любому мастеру стоит это эссе прочесть (после романа, конечно) и усвоить.

Автор не должен интерпретировать свое произведение. Либо он не должен был писать роман, который по определению – машина-генератор интерпретаций. Этой установке, однако, противоречит тот факт, что роману требуется заглавие.

Заглавие, к сожалению, – уже ключ к интерпретации. Восприятие задается словами «Красное и черное» или «Война и мир». Самые тактичные, по отношению к читателю, заглавия – те, которые сведены к имени героя-эпонима. Например, «Дэвид Копперфильд» или «Робинзон Крузо». Но и отсылка к имени эпонима бывает вариантом навязывания авторской воли. Заглавие «Отец Горио» фокусирует внимание читателей на фигуре старика, хотя для романа не менее важны Растиньяк или Вотрен-Колен. Наверно, лучше такая честная нечестность, как у Дюма. Там хотя бы ясно, что «Три мушкетера» – на самом деле о четырех. Редкая роскошь. Авторы позволяют себе такое, кажется, только по ошибке. [...]

Заглавие «Имя розы» возникло почти случайно и подошло мне, потому что роза как символическая фигура до того насыщена смыслами, что смысла у нее почти нет. [...] Название, как и задумано, дезориентирует читателя. Он не может предпочесть какую-то одну интерпретацию. [...] Название должно запутывать мысли, а не дисциплинировать их.

Ничто так не радует сочинителя, как новые прочтения, о которых он не думал и которые возникают у читателя. Пока я писал теоретические работы, мое отношение к рецензентам носило протокольный характер: поняли они или не поняли то, что я хотел сказать? С романом все иначе. Я не говорю, что какие-то прочтения не могут казаться автору ошибочными. Но все равно он обязан молчать. В любом случае. Пусть опровергают другое, с текстом в руках. Чаще всего критики находят такие смысловые оттенки, о которых автор не думал. [...]

Автору следовало бы умереть, закончив книгу. Чтобы не становиться на пути текста.


Последнюю мысль Эко дальше раскрывает подробнее, поговорим об этом в следующем посте-цитате. :)