December 20th, 2013

Разбитое зеркало Лу

Пожар в доме Клэбаров.

Эту историю рассказывал мне мой дядюшка, когда я был совсем маленьким ребенком.
А случилась она, когда он был и того меньше, где-то между Войнами.
Жил он в ту пору в Ирландии, а одном маленьком городишке на западе острова.
Большей частью земель вокруг того городишки владела семья Клэбар. Дурной славой пользовалось это вымирающее семейство, особенно последние его поколения. Отец семейства почил ещё в начале века, несчастная же его вдова сошла с ума после Великой Войны, как её тогда называли, в которой погиб её старший любимый сын.
Титул барона тех земель унаследовал средний из братьев, лорд Эдгар. Был он весьма плохим человеком. Мрачные ходили слухи, мол похищал он девиц из соседних деревень, да насиловал их, надев на голову мешок, оставляя после привязанными несчастных девиц к деревьям в лесу. И хотя многие девушки доживали до того, как их находили лесорубы, очень боялись они лорда Эдгара, да и не видели его лица они из-за мешков, потому все сходило ему с рук.
Далее по старшинству шли близнецы леди Элеонора и сэр Джефри. Говорят, хотя леди Элеонора и сидела в старых девах, девой она отнюдь не была, из-за кровосмесительной и богопротивной любви к своему брату-близнецу. Редко кто видел их за пределами поместья.
Так же была дочь покойного лорда Генри, Мариэтта. Было ей всего четырнадцать лет от роду, и росла она несчастной сиротой, ибо мать её покончила с собой, когда узнала о кончине мужа. Говорят, это случилось у бедняжки на глазах, и то ли от этого, то ли из-за домогательств лорда Эдгара, была она молчалива, а многие думали, что и вовсе нема. Целыми днями она читала книжки, лишь изредка видели её гуляющей по саду зимой или осенью.
Толком никто не знает, что случилось в ту ночь. Лишь в два часа пополуночи загорелось их поместье таким пламенем, что даже с дальнего конца городишки было то видно. Люди набежали, стали тушить пожар, да все было без толку, лишь зря тратили воду. Вдруг, в третьем часу утра, с первыми петухами, огонь погас столь же резко, как и начался.
А на третий день после того, в дом дядюшкиной семьи, что жила на отшибе постучался человек. Был он весь в копоти, и почти что гол, хотя на улице уже стояли морозы, а глаза его, по словам дядюшки, были безумны как луна по весне.
Лишь воды просил незнакомец, а после свалился на пол, упав в обморок от измождения. Отец моего дядюшки, мой прадед, приказал сыновьям отнести его на кровать, а младшего послал за врачом. Дядюшку же оставили присматривать за несчастным, как предпоследнего по возрасту.
Вдруг, когда все разошлись, а доктор ещё не пришел, незнакомец резко очнулся, и схватил дядюшку за руку, и, смотря куда-то в пустоту, будто не на дядюшку вовсе, а куда-то совсем далеко, начал быстро-быстро, заплетающимся от усталости языком, рассказывать то, что навсегда, словно каленым железом, выжглось в памяти дядюшки.
Незнакомец так и не назвал своего имени, но на фронтах Войны воевал он вместе с покойным лордом Генри. Много тот рассказывал ему о своей дочери и жене, хотя о прочей семье вспоминать и не любил. И вот, годы спустя, получил сослуживец странное письмо, что было подписано леди Мариэттой. Лишь одно слово было написано там "Помогите!"
Заподозрив худшее, незнакомец немедля отправился к Клэбарам.
Неприветливо встретили его хозяева дома, но в том, чтобы он погостил в честь памяти их покойного брата, не отказали.
Странное творилось в замке в первую ночь. В полночь услышал пришелец странный звук, то ли плач, то ли стон девичий. Пошел он на голос, но вдруг встретил его сэр Джефри. Сказал ему, что то ночные птицы поют за окном, да проводил его обратно. Но едва пришелец прилег, как услышал он дикую ругань, да звук драки, быстро, впрочем, оборвавшийся.
На утро, за завтраком, у сэра Джефри был синяк под глазом, но он сказал, что лишь упал с лестницы.
Днем того же дня подошел гость к леди Мариэтте, что гуляла по саду.
Заговорил он с ней, но молчала она, печально смотря на него. Лишь приглядевшись, увидел он у неё странные следы на шее. Отойдя же, увидел у себя он в кармане записку, написанную её же почерком с одним лишь словом "Помогите!"
Ночью, притворившись спящим, незаметно решил он пробраться в её спальню, через окно.
Но, пробравшись туда, увидел он, что нету её в комнате, стал он обыскивать спальню. Над кроватью висела весьма странная картина, на которой была изображена скованная дева с крыльями бабочки, чью кровь пили фигуры, одетые в черное, побивая её кнутом и насилуя.
Странным показалось гостю, что такая картина висит в комнате девы. Обследовав картину, нашел он за ней потайной ход. Тихо стал он идти по нему, как вдруг вновь начал слышать он стоны, и понял, что раздаются они именно оттуда. Побежал он скорее. Ужасная картина предстала перед ним.
Лорд Эдгар пытал и насиловал несчастную племянницу, а в шею её была вставлена особая трубка, по которой стекала её кровь в бутыль.
В гневе набросился пришелец на лиходея, драка завязалась между ними. Но военное прошлое дало свое, и гость победил, размозжив череп нелюдя подвернувшимся камнем. Отковал он несчастную деву, как вдруг резко она рассмеялась.
- Славную службу сослужил мне ты человек. Холодное железо больше не сдерживает меня в мире моего отца, вернусь я туда, откуда похитил он мою мать, силой взяв её в жены. Но перед тем, отомщу я этому нечестивому семейству за муки, что испытала я из-за них! Тебе же, за помощь, дам я маленьких шанс их пережить. Небольшой, ибо ненавижу я все ваше племя людское, хоть на половину я и из него, но все-таки шанс.
Коснулась его она ледяною рукой, а далее потерял он память, и не помнил, что было дальше. Лишь огонь и боль в самом начале, а после лед и покой...
Несчастный замолк так же резко, как и начал говорить. Лежал он вцепившись в руку дядюшки, выпучив на него глаза. Лишь минуту спустя понял дядюшка, что мертв вцепившийся в него человек, умер он, пяти минут не дожив до врача.
Рассказал ту историю дядюшка своему отцу, моему прадеду, но тот лишь выпорол его, да отправил к священнику. А имени несчастного дядюшка так и не узнал, похоронили незнакомца в безымянной могиле.
Всполох

о хтонических мужиках

Давно у меня назрела эта статья. Хочу заранее извиниться перед теми, кого она, возможно, заденет. Но, увы, мне правда надоело говорить эти слова лишь в узком кругу единомышленников.
В свое время, при подготовке моей игры Под-Нью-Йорк родился термин "хтонический мужик".
Хтонический мужик - это по сути та же Мэри Сью, только чуть более приближенная звучанием к тому, во что любят нынче играть ролевики.
Но есть один важный акцент, отличающий его от термина Мэри Сью. Ибо от нормального персонажа отличается он не столько наличием крутых убер-абилок, сколько ужасающим в своей фалометрии содержанием ОБВМа.
Хтонический мужик - это независимый храбрый хрен, который на хрене у себя вертел всех богов и небожителей этого мира. Это кулхацкер, который объединившись и впитав в себя силы древней мощи в одиночку свергает тысячелетний режим тайного масонского общества. Это древняя непостижимая хтонь, которая мыслит категориями, непонятными простым людям, но при этом сохранившая свои человеческие чувства, и страдающая от своего всемогущества.
Короче, хтонический мужик - это набор фалометрических ОБВМ-штампов, порожденных экзистенциальными комплексами людей. Да, возможно стоит пояснить придуманный мной термин "экзистенциальный комплекс". В психологии его, разумеется нет, но в ролевых играх он таки родился. Под ним я подразумеваю нелепое стремление человека жить в сказке, где он якобы может победить непобедимое, отвратить неотвратимое, избежать неизбежное. Жить в сказке, где одиночка сильнее толпы, где можно стать богом, не перестав быть человеком.
Несомненно то, что мы дошли до таких комплексов, показывает, что ролевики копнули сильно глубже большинства людей, и их комплексы касаются уже не банальных вопросов секса и выпивки, но вопросов судьбы, смерти и неизбежности. Но от этого комплексы не перестают быть комплексами.
Но есть у этой стороны куда большая беда, чем сами игроки. Нормально иметь такие комплексы, если бороться с ними, ну или попасть к мастеру, которых помогает их переступить, показывая своим сюжетом нелепость хтонических мужиков и неизбежность их падения.
Но, увы, как и в случае с Мэри Сью, беда в том, что есть мастера, которые не пытаются что-то показать людям, раскрыть им идею или создать небывалую атмосферу. Бывают мастера, которые нашли куда более дешевый способ срубить популярность. А именно - потакать Мэри Сью и хтоническим мужикам. Не просто активнейше пропускать таких персонажей на свои игры, но и всячески способствовать тому, чтобы эти персонажи приходили к победе, и абсолютно деструктивная в своем уходе от реальности картина мира торжествовала в головах их игроков. И это ужасно, ибо укореняет людей в их комплексах ещё сильнее, и в итоге плохие игры становятся хорошими, а хорошие плохими, потому что меряют люди качество игры не объективными показателями, как-то визуальная атмосфера, удобство правил, закрученность и красочность сюжета, соответствие игроков своим ролям, но тем "как им поигралось", а в данном случае тем, на сколько мастер позволил им побыть их личным Мэри Сью или их личным хтоническим мужиком.
И это катастрофическая, ужасная картина. Да, к счастью все больше людей понимает, что так поступать нельзя. Все больше игроков осознают, чем игра, где поигралось хорошо, отличается от хорошей игры.
Но, увы, я все ещё вижу бездонные бездны игр, где анонсы буквально кричат "Хочешь побыть хтоническим мужиком? Иди сюда!"
И это ужасно.
Прошу прощения за этот крик души.