?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Посвящается моему любимому,
но, увы, ныне покойному
другу Лакки (2000-2010).

Мы идем по туманной пустоши. Сколько уже дней-привалов? Не знаю, я ведь собака, не умею считать.
Мальчик часто плачет, я пытаюсь его, как могу, подбодрить. Получается неплохо, он всегда начинает улыбаться, вытирает слезы и мы идем дальше. Жаль только мое умение подставлять пузико под почес и лизать лицо не очень помогает найти еду. Животик предательски урчит. У мальчика, на сколько я знаю, тоже.
Мы ложимся спать. Мальчик разжигает костер из собранного хвороста, а затем засыпает. Я остаюсь сторожить. Должна же быть и от такой бесполезной собаки, как я, польза.
Никогда не понимал, почему люди считают, что этот их огонь помогает от мрака. Когда идешь в темноте, глаза привыкают, ты начинаешь видеть, что в ней творится, ты уже ко всему готов и не так страшно. Когда же горит огонь, он мешает привыкнуть к темноте, и кто знает, что скрывается в этих так странно играющих тенях огня и мрака. Жуть.
Я почти закемарил, когда он пришел. Он всегда приходит, когда мальчик засыпает. Видимо, спящий мальчик кажется ему более легкой добычей, хотя кто их волков знает. Вот только он просчитался. Возможно, я маленький пудель, который этому волчаре по колено, но это мой мальчик, и пока я жив, я буду сражаться!
Я истошно лаю, но, как всегда, мальчик спит беспробудным сном.
Волк рычит, приближаясь к нам. Он кладет свою добычу, что убил ранее, на землю, и скалит зубы, готовясь закусить мной.
Я бросаюсь на него и вгрызаюсь ему в глотку.
Он пытается сбросить меня лапами, орет, извивается, бьет когтями, но я не замечаю ран и крови, я продолжаю грызть его глотку, рыча и вопя сквозь сжатые зубы.
Я отпускаю, лишь когда он в ужасе убегает. Я падаю без сил.
- Пудель-пудель-пудель-пес, страшный-страшный пёс-барбос! Ты что, поймал вчера кролика? Боже, какой же ты молодец! Сейчас я его зажарю! - меня будит мальчик, что гладит моё пузико. Я лаю сквозь сон. Я слишком устал, чтобы ответить полноценно.
Зажаренный кролик и правда хорош. Раны уже почти не болят. Мальчик их даже не заметил… Но я все равно его люблю. Тем более, он так вкусно жарит мясо.
Видя, что я очень устал (как он думает, после охоты), мальчик берет меня на руки, и дальше несет по дороге меня на них.
Через несколько часов я прихожу в себя, вырываюсь из рук и начинаю радостно бегать у его ног, подбадривая своим лаем. А то он совсем как-то приуныл.
Так проходит, считай, каждый день, если это можно назвать днем. Солнце-то больше не встает, мир изменился.
Мы идем по туманной пустоши, затем мальчик разжигает костер, я защищаю его от волка, а утром мы едим то, что принес волк. Пусть мальчик и думает, что это поймал я. В конце концов, я победил того, кто победил этого кролика, значит кролика победил я. Так или и не так? У нас пуделей логика простая, мы не люди какие-нибудь!
Мы вошли в лес. Пошел дождь. Вдруг, я чувствую запах дыма. Начинаю истошно лаять. Мальчик видит дым вдалеке, радостно хватает меня и мы бежим на огонь. Ох, что-то не разделяю я его радости!
Показывается деревенька. Вернее, показывается частокол, а за ним деревенька, посреди которой и горит, судя по всему, огромный костер, дым которого я учуял.
Дозорный на воротах видит нас, что-то кричит, ворота открывают.
- Ты кто такой? - улыбаясь спрашивают люди, впуская нас внутрь.
Мальчик начинает им отвечать, когда я заливаюсь лаем. Что-то не так, я чувствую, что что-то не так!
-Заткнись мерзкая псина! - кричит один из них и бьет меня огромной дубиной. Я отлетаю к стенке и падаю на землю, истошно скуля.
- Что вы делаете?! Это мой пёсик!
- Его мы съедим потом! А сейчас надо принести тебя в жертву Дождливому Пастырю, а то мы уже давно никого не сжигали в его честь, он может и разгневаться!
Я скулю. Лапы сломаны, я не могу даже пошевелиться. Мне очень больно, но хуже всего от осознания, что моего мальчика сейчас убьют!
Вдруг приходит тот самый волк, что всегда приходит по ночам. Я скулю, глядя на него. Он тыкает меня носом, но я не могу пошевелиться, так мне больно. Никто вокруг почему-то не видит его, как и мальчик не видел мои битвы с этим волком.
Волк ложится прямо на меня, вернее, сквозь меня. Я как-будто оказываюсь в нем… Вернее, я оказываюсь им! Мои раны начинают затягиваться, а тело расти! Клыки и когти заостряются, мышцы крепнут! Я больше не маленький пудель, я злой и страшный волк, и теперь никто не обидит моего мальчика!
Они пытаются защищаться, но ничто не спасет от возмездия пуделя-волка! Я загрызаю их одного за другими, без проблем отбиваясь от их дубин!
И вот, снова превращаясь в маленького пуделя, я подхожу к мальчику.
- Какой же ты молодец! Защитник мой! Пудель-пудель-пудель-пес, страшный-страшный пёс-барбос! - смеется он, гладя мой животик, - ну, что же, думаю пока поживем здесь, а когда еда закончится, двинемся дальше? - я радостно лаю в знак согласия.
Мальчик начинает разделывать самого большого из этих мужланов, чтобы зажарить его мясо в костре. Как же вкусно готовит мой мальчик!