?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

- Что с ним?
- Его нашли в лесу неделю назад. Искусан волкам, глаза повреждены. Почти все время в коме.
- Почти?
- Ну, он выходил пару раз, напевал какую-то мелодию, а затем снова лишался сознания.
- Хм... Что думал доктор Элиот?
- Если бы доктор Элиот что-то думал, он бы не настоял, чтобы его перевезли сюда. Бешенства нет. Зрение восстановлению не подлежит. Причины комы неясны, ушибов мозга нет. Возможно, шок.
- Хм... Ладно, в любом случае, наши аппараты жизнеобеспечения лучше, чем в сельской больнице, так что, даже если вытащить из комы этого бедолагу не сможем, он хотя бы копыта не отбросит.

- Не стоит бояться темноты.
Сестра Элизабет аж вздрогнула от неожиданности.
Она зашла к лежащему в коме больному, которого перевели в их больницу неделю назад, чтобы проверить аппараты. То, что он заговорит, было неожиданно.
Между тем, больной начал напевать какую-то странную, но красивую мелодию.
- Как вы себя чувствуете.
- Не стоит бояться темноты, - повторил больной, рассмеялся и продолжил напевать.
Сестра побежала звать доктора Мэриона.
Увы, когда они вернулись, больной снова провалился в кому. Впрочем, камеры наблюдения подтвердили, что медсестре это все не померещилось.

- Джек, я понимаю твои принципы, но у него ни документов, ни страховки. А поддержание его жизни довольно дорого обходиться больнице.
- Это повод убивать человека?
- Слушай, ну, ты же понимаешь, что маловероятно, что он придет в себя.
- Не факт. Случай странный... Мы обследовали его. Вообще-то, не очень понятно, что послужило причиной для комы. К тому же эти укусы... Они заживают очень быстро.
- А глаза?
- Глаза нет. С глазами вообще все странно. Если на него напали волки, непонятно, что произошло с глазами, выгрызть они их так не могли.
- Можешь напоролся на что-то упав?
- Обоими глазами? И так удачно, что нет ушибов мозга, да и вообще головы?
- Странный случай... Ладно, но учти, если через неделю не будет изменений, стоимость его жизнеобеспечения я начну вычитать из твоей зарплаты!

Изменения были. Где-то через две недели после перевода (и три недели после того, как его в принципе нашли) больной начал выходить из комы раз в сутки, как правило, ночью.
Он повторял всегда одну и ту же фразу "Не стоит бояться темноты", напевал странную, но красивую мелодию, а затем снова погружался в кому.
Раны от укусов почти полностью затянулись, остались лишь тонкие белесые шрамы. Лишь вместо глаз по-прежнему были жуткие раны, временами кровоточащие.
Все это было странно. Джек Марион впервые столкнулся с таким.

В ту ночь Джек был дежурным. Полюбовавшись светом полной луны в окно, доктор Марион пошел на обход.
Вдруг он услышал странные звуки из палаты того самого странного больного. Джек со всех ног побежал туда.
Ворвавшись в палату, из которой раздавалось странное утробное рычание, доктор Марион поседел от ужаса. Посреди палаты на задних лапах стоял огромный двухметровый слепой волк. Остатки больничной одежды на нем однозначно указывали, что это и был тот самый таинственный пациент. Почувствовав запах доктора, монстр бросился на него, но неожиданно пространство заполнилось чарующей мелодией. Это была та самая мелодия, которую иногда напевал больной, но теперь её пел какой-то прекрасный высокий женский голос.
Волк тут же остановился, как только услышал этот голос. Затем, завыв, он бросился в ту сторону, откуда доносилось пение.
Понимая, что его посадят в психушку, если он расскажет все, как было, не имея доказательств, доктор Марион пересилил страх и отдавшись губительному любопытству, включил камеру на смартфоне и побежал за волком. О камерах в больнице Джек даже не вспомнил из-за шока.
Выбежав в пролом, который остался в двери после волка, Джек спрятался в кустах.
Над поляной в лунном свете порхала странная фигура. Когда волк приблизился к ней, она опустилась на землю. Издали она казалась прекрасной женской фигурой, закутанной в плащ. Но приблизив объектив камеры, переключенной в режим ночной съемки, доктор ужаснулся.
Плащ на деле был огромными крыльями летучей мыши, но не это было ужасно. Лицо девушки (а это была именно девушка)... Нет, судя по всему, когда-то оно было красиво. До того, как нечто оторвало ей нос, теперь же она походила скорее на ужасную летучую мышь, чем на человека.
Женщина перестала петь.
- Ну, что, мой волк, ты выучил урок. Теперь, когда ты стал чудовищем, как я, благодаря моим друзьям из Темного Леса, ничто не помешает нашей любви.
Волк что-то прорычал в ответ.
- О, вижу, ты вырвал себе глаза, чтобы мое лицо тебя более не ужасало, и в вечной темноте слепоты ты смог обрести ко мне любовь, лишь слыша мой чарующий голос. Похвально. Как и то, что став слепым, ты более не боишься темноты. Эта твоя нелепая фобия здорово затрудняла наше общение, не так ли?
Волк снова что-то прорычал.
- Ты прав, не стоит оставлять следов.
Баньши снова начала петь, её пение перешло в ультразвук, земля под больницей начала сотрясаться, экран смартфона разбился, да и барабанные перепонки с ушами доктора начали лопаться от высокого звука...
Когда от больницы остались лишь руины, баньши села верхом на вервольфа. Она вполне могла долететь на крыльях сама, но ей хотелось, чтобы тот, кто некогда отверг её, унизился, и довез до Темного Леса, словно вьючное животное.
Она умела быть убедительной.