?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Кармилла

Я иду. Иду через мост. Вечерний бриз с реки обдувает мои рыжие волосы. Интересно, как выглядит моя огненная шевелюра в серебристом свете полной луны, что озаряет мир? Растворяется в этой холодной серебристо-черной гамме, которой окрашена ночь, или даже здесь горит красным огнем?
Я останавливаюсь ровно на середине моста. Смотрю вниз. В мыслях я воображаю, что смотрю на свое отражение, а мое отражение смотрит на меня, но на самом деле мост слишком высок, а темнота слишком черна, чтобы я видела, что показывает мне река.
Я думаю.
Я слышу его шаги. Испуганно смотрю. Мужчина. Лет сорок-пятьдесят на вид. Идет с той стороны, откуда вышла и я. Приближается ко мне. Его взгляд ласков, но в то же время в нем есть что-то хищное. Я смотрю на него. Он смотрит на меня.
Неожиданно, он открывает пасть, полную нечеловеческих клыков. Я бегу.
Странно, ещё минуту назад я хотела прыгнуть с моста, но стоило появиться угрозе, как стремление жить победило желание умереть. Страх - вот что сдерживает наше мортидо, а отнюдь не любовь. Любовь же куда чаще ведет нас именно к смерти, мне ли не знать...
Вот и этот мужчина... Почему он преследует меня? И почему я убегаю? Кто он вообще такой? Или среди лунной ночи на мосту я действительно встретила вампира?
Сейчас это не важно. Сейчас я бегу. А он бежит за мной. Нагоняет.
Он загнал меня в тупик. Я дрожу, свернувшись в комочек. Он хватает меня и поднимает на ноги. Берет рукой за подбородок и смотрит прямо в глаза. Хищное выражение его глаз странно меняется. Он кусает меня прямо в шею. Я чувствую, как умираю...

Я просыпаюсь. Всегда мечтала, чтобы все было так, как я вижу во снах. И, в этой реальности, в реальности, что я создала силой Короля в Желтом, все действительно так. Но... я ведь знают, что это не так? Что это вымысел, ложные воспоминания, придуманная реальность...
Мысли, что не дают мне покоя уже... а сколько вообще прошло лет? Время... время - это условность, мне ли не знать. И это сводит с ума. Впрочем, в той реальности я и была сумасшедшей, не так ли?

Он спит рядом. Я любуюсь его лицом. Идеальный муж. Такой, каким я всегда представляла своего отца, которого никогда не знала. Сильный, умный, надежный... Никогда не существовавший в прежней реальности.
Последний луч солнца скрывается за горизонтом. Он просыпается. Я беру подушку и начинаю его душить.
Казалось бы, разве можно убить истинного вампира подушкой? Но сегодня у твоей Госпожи, которую ты всегда считал лишь ученицей, плохое настроение. Слишком плохое, чтобы позволить тебе жить, мой милый.
Когда тело перестает трепыхаться, я убираю подушку и впиваюсь ему в горло. Я начинаю терзать и насиловать уже мертвое тело того, кто никогда и не был живым, если задуматься. Некрофилия в квадрате, если не в кубе. Я омерзительна. Я обожаю себя за это.

Мы смотрим на гниющее тело. Джокер улыбается своей полной гнилых зубов улыбкой. Странно, он может менять реальность, научился этому первым из нас, так как раньше других в Ленноксе повстречал Короля в Желтом, но не меняет своих ужасных зубов. И своего ужасного смеха. Говорит, это визитная карточка.
Рассмеявшись, он говорит:
- Недостаток либидо обостряет мортидо.
- А человеческим языком?
- Недотрах приводит к жмурикам.
- У меня все в порядке с личной жизнью.
- Ты сама-то в это веришь? Уже седьмой труп за это неделю. Каждую ночь по трупу. Реальность скоро начнет плакать от такого надругательства.
- Ради надругательство над реальностью не является нашей сутью?
Он снова смеется своим жутким смехом.
- Знаешь, недавно Говард сказал одну умную вещь, что случается с ним, надо отметить, не часто.
Есть люди света.
Они живут долго и зачастую счастливо, понимая, как устроен мир людей и как в нем жить, а умирают неохотно, так как зачастую скоро после смерти исчезают из памяти людей.
Есть люди мрака.
Они рано покидают наш мир, прожив в нем жизнь жука в муравейнике, непонятые и чужие, но лишь после смерти обретают то, для чего жили, долго оставаясь в памяти людей где-то в непостижимых высотах бытия.
А есть люди грани.
При жизни они маячат на самой границе жизни и смерти, вглядываясь в ту сторону, то ли защищая тех, кто еще здесь, то ли общаясь с теми, кто уже там. Их смерть мало что меняет, так как и после смерти они остаются у этой границы, то ли маня и утягивая на ту сторону, то ли пытаясь докричаться до тех, кто еще жив.
Люди света принадлежат миру живых, люди мрака - миру мертвых, и лишь люди грани не принадлежат никому, и в этом их вечное жуткое проклятье.
Герой станет драконом, так как на деле и герой, и дракон - лишь стражи границы, и не имеет значения, кто из них по какую сторону в данный момент.
- К чему ты это сейчас сказал?
- Ты не создание мрака. Ты существо грани. Слишком долго смотрела на границу, находясь по ту её сторону, и теперь не можешь от неё отойти, хотя давно уже перешла на эту. Впрочем, этим ты нам и полезна.
- Увы и ах, я не заперлась в Ленноксе, как Сеть, творя свои странные эксперименты.
- Он исполняет волю Короля в Желтом. Как и все мы, так или иначе. Что не отменяет того, что каждый выполняет её в соответствии со своим местом в мире. И я не завидую твоему месту.

Темный город. Вообще-то, я могу ходить при свете дня. Ведь на самом деле меня никто и никогда не убивал. Но не делаю этого. Образ - это важно. Когда убеждаешь всех в том, что ты мертв, сам начинаешь в это верить. Забавно, не правда ли?
Я вижу, как он идет мне навстречу. Останавливается по середине моста. Маленький миленький мальчик, лет 17-18. Сегодня я хочу побыть мамой.
У него очень вкусная кровь. Когда он пробудиться после смерти, заставлю его выпить моей. Из груди. Может, дочери пора стать мамой? Может тогда я перестану их убивать, пробуждаясь по вечерам?

У него такие милые голубые глаза... Такой милый... Исполнительно пьет мою кровь из груди, пока я глажу его по волосам. Такой милый...
Я сворачиваю ему шею и выхожу из своей крипты. Я неисправима. Джокер прав. Недостаток либидо приводит к мортидо. Но с моей ненасытностью, мне всегда будет не хватать этого самого либидо. Так что пусть умирают. Я же уже давно перестала отличать, кто из них вымышленный, а кто настоящий.