?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Уэлшвудский Дог.

Ладно, согласен, что если включить жанровую смекалку, то с самого начала можно было понять, что я обречен. И сейчас, сидя в теплом кресле и слушая мою историю, вы убеждены, что с вами бы этого не произошло.
Вот только, есть один нюанс. На самом деле, когда в реальности у кого-то умирают далекие родственники на другой части света и оставляют ему роскошное поместье, а он всю жизнь пахал на нелюбимой работе, еле сводя концы с концами, то никакие древние легенды и суеверия не убедят его отказаться от поездки в это самое поместье.
И даже если прибывший издалека адвокат, которого вы видите в первый раз в жизни, ведет себя странно и упорно пытается вас отговорить от выполнения единственного условия получения поместья, вы скорее предположите, что у него корыстный интерес, чем что он правда верит в какие-либо предания и тому подобную чушь, которую он вам плетет здесь и сейчас. Особенно, если это условие - прожить в поместье один лунный месяц, от полнолуния до полнолуния, а вы планируете в любом случае переселиться туда насовсем, так как задрала вас жизнь в тесной квартирке в огромном мегаполисе, с шумными соседями, жадным владельцем дома, омерзительной грымзой в качестве начальницы, которая помешана на феминизме, а потому постоянно дискриминирует вас, как мужчину, неблагодарными клиентами, которым лень даже спасибо сказать, нет, вместо этого им проще сказать “а почему так долго?!”, а ещё подозрением на тоннельный синдром от всего этого.
Так что, давайте вы отложите свои шибко умные шуточки в стиле “Как должен был закончиться Властелин Колец”, и послушаете меня дальше.
Итак, как можно было уже понять из этого вступления, в тридцать семь лет я внезапно выяснил, что прихожусь шестиюродным внучатым племянником одного недавно умершего английского лорда. Мой далекий пращур был младшим братом его далекого пращура, влюбился в простолюдинку, поссорился с их общим (его и брата) папашей и свалил в Штаты. А так как в Британии система наследования титула такова, что пока есть хоть один наследник мужского пола, он имеет приоритет, то вкупе с тем, что покойный лорд непременно хотел, чтобы поместье осталось за обладателем титула, то неожиданно для самого себя я стал 9-ым лордом Уэлшвудским, а так же обладателем поместья Уэлшвуд, что недалеко от городка Крейвен, что в Йоркшире.
В Британию я поехал с Баггси. Нет, это не моя жена, это моя девушка, и это важно! Я дважды был в браке, и оба раза от этих браков не осталось ничего, кроме нервотрепки, судебных издержек и алиментов двум моим детям от первого брака и одному от второго. Да и Баггси, хотя ей и было всего 23 года, успела обжечься, и потому замуж выходить не спешила. Мы даже жили раздельно до того, как это все случилось.
Но когда я оказался неожиданным наследником, она упросила меня взять её с собой. С учетом, что её мать выгоняла Баггси из дома по три раза в неделю, я решил, что без меня девушка пропадет, и согласился. Тем более, мы встречались уже три года, кто знает, может хорошая жизнь изменит мое отношение к браку, подумал я. Тем более, что встречаться мы начали, когда я ещё был беден, как церковная крыса, так что в корысти Баггси никак не упрекнешь. Она не бросила меня даже, когда у меня был ужасный запой из-за увольнения год назад, напротив, поддержала меня, помогла устроиться на другую работу и встать на ноги. И за что такую добрую душу угораздило влюбиться в такого бедового мужика, как я?
Уэлшвуд оказался огромным участком земли между лесом и болотом. Собственно, дорога на Крейвен пролегала через лес, а болото было за основной усадьбой. Дом смотрел фасадом на восток (лес), а задняя часть выходила на запад (болото). Так как мы с Баггси ненавидим утренний свет в окно, а вечерами, напротив, любим полюбоваться закатом, мы заняли комнату, выходившую окнами к болоту.
Помимо нас и прислуги в доме жила племянница покойного лорда. Честно говоря, мне было её чисто по-человечески жаль. Её родители погибли, когда она была совсем маленькой, и её воспитывал дядя. Она прожила с ним все двадцать пять лет своей жизни, ухаживала за ним, когда он постарел, а он так с ней по-скотски поступил.
Но, жалко мне было её по-человечески, но уступать ей что-либо из наследства я не планировал. По завещанию до своего брака она сохраняла право проживать в поместье, а я должен был выплачивать ей пять тысяч фунтов стерлингов в год с доходов поместья, пока она не выйдет замуж. Поэтому я начал думать о том, как бы поскорее выдать её замуж.
Отношения мы старались поддерживать теплые, все-таки на предстояло в одном доме жить, но на её прозрачные намеки, не хочу ли я отказаться от титула, она же такая несчастная (в случае моего отказа она, как последний живой родственник, получала поместье целиком, а так же становилась “хранительницей титула”, то есть, как мне объяснил адвокат, титул получал её будущий ребенок), я ответил резко и попросил во избежание конфликтов этой темы более не касаться.
Надо отметить, что Диана (а племянницу звали именно так) и Баггси решили не следовать моей мудрой стратегии мирного сосуществования. И хотя со мной обе были дружелюбны, друг друга они просто возненавидели с первого же взгляда. В целом, это было логично. Диана - голубая кровь и белая кость, Баггси же - из простых людей, как и я. Плюс Баггси вбила себе в голову, что Диана пытается меня соблазнить, и ревновала. Да что там говорить, они даже внешне выглядели, как антагонистки в кино! Баггси была загорелой кариеглазой блондинкой с огромной грудью, а Диана - тонкой, как спичка, голубоглазой брюнеткой с немного бледноватой кожей.
Короче, за семейным ужином каждый раз начинался цирк. И главное, ну никак этого было не избежать! Стоило намекнуть мне Баггси, что может ей не ходить за общий стол, она закатывала истерику на тему, уж не собрался ли я её выгнать из своего поместья, кобель проклятый, а стоило с этим же обратиться к Диане, она начинала рыдать на тему, что вот, а ей казалось, что я достойный человек, который не будет обижать несчастную сироту. Слава Богу, что хотя бы кроме этих семейных приемов пищи им хватало ума не пересекаться! Короче, ужас, не просто быть патер фамилиасом!
Поместье, к счастью, не бедствовало. Вообще, исторически мы получили свои земли, будучи псарями при королевском дворе. И хотя королевский патент на поставку псов ко двору у нас отсудили лет сто назад, наши собаки все ещё пользуются славой и популярностью среди великосветских любителей лисьей охоты. Собственно, непосредственно к югу от основного здания и находилась псарня, где разводили собак, не только, к слову, охотничьих, хотя сторожевые не пользовались такой популярностью, но традиционно разводили и их тоже.
Разумеется, кроме этого я получал доход с унаследованных ценных бумаг и недвижимости в городе, но я прям очень гордился тем, что официально теперь считаюсь заводчиком элитных собак. С детства очень любил песиков, жаль только родители не покупали и приходилось играть с бездомными дворнягами.
Поэтому я часто навещал псарню. Начал было даже подумывать о том, не возобновить ли со следующего сезона традицию лисьей охоты (старый лорд не проводил её последние лет семь из-за плохого самочувствия), но Баггси начала орать что-то про права животных. Хотя Диане, напротив, идея очень понравилась, как и, в целом, мой интерес к фамильному делу.

Это случилось в первое полнолуние после нашего прибытия сюда. Ну, строго говоря, во второе, но в первое мы просто упали без ног, очень устав с дороги, так что, фактически, все же второе. Я окончательно стал официальным лордом Уэлшвудом, так как выполнил главное условие завещания. Устроил по этому поводу праздник. Попросил Диану помочь мне разослать приглашения всем, кого старый лорд счел бы достойными посетить наше поместье в такой вечер (сам я весь месяц разбирался со старыми бумагами, в городе почти не бывал, а потому ни с кем познакомиться не успел, не считая мистера Лоусона, того самого адвоката, который пытался меня отговорить сюда ехать, как оказалось, он был к тому же семейным адвокатом нашего рода). Но Диана неожиданно заявила, что плохая мысль собирать гостей в эту ночь. Я, впрочем, лишь махнул на её слова рукой и, воспользовавшись “желтыми страницами”, пригласил наиболее высокопоставленных и богатых жителей Крейвена. Мистер Лоусон, к слову, сославшись на здоровье, не приехал. Да и Диана сказалась больной, и весь вечер оставалась у себя в комнате, к огромной радости Баггси.
Вечер был приятный. Надо отметить, что эти аристократы не такие уж зануды, как их изображают в кино. Приятные и вежливые люди, а уж когда начали говорить об охоте, я прям весь превратился в слух, так увлекательно рассказывали! Решил во что бы то ни стало провести в ближайший сезон лисью охоту, чтобы там Баггси не говорила!
Надо отметить, и публике я понравился. Понимая, что нужно произвести приятное впечатление, я две недели заучивал правила поведения в высшем свете, к счастью, библиотека Уэлшвуда и интернет дали мне исчерпывающие данные по этому поводу. Ну, и не стеснялся спрашивать, правильно ли я что делаю, чтобы показать, что готов учиться бытию английским аристократом, а не строить из себя сноба или нувориша. Впрочем, как оказалось, половина городской верхушки сами когда-то были из простого народа, так что с огромным удовольствием давали мне советы и наставления, хваля мою любознательность.
Баггси, впрочем, откровенно скучала, и даже отсутствие Дианы довольно скоро перестало её радовать. Поэтому, часу в девятом вечера она удалилась в нашу спальню, сказав, что очень устала, так как день был суматошным. Я, в целом, был рад, весь вечер за неё краснел. Даже подумал, что надо бы её на курсы какие-нибудь отдать, подтянуть культурный уровень, так сказать.
Случилось это за полночь. Я уже начал было думать, не пора ли завершать вечер, как вдруг, мы услышали странный вой, затем лай, а затем женский крик со второго этажа. Было трудно понять, кричат из нашей с Баггси спальни, или из комнаты Дианы, поэтому на втором этаже мы с гостями разделились, я с частью толпы побежал в нашу с Баггси спальню, а группа под руководством местного комиссара полиции побежала к спальне Дианы.
Баггси в спальне не было, я решил, что она тоже побежала на крик. Но в коридоре, встретив вторую толпу, я узнал, что Дианы тоже нет, и Баггси им не встречалась. Мы стали искать их, но в доме ни одной из девушек не было. Комиссар вызвал наряд полиции.
Поиски шли всю ночь, но девушек и след простыл. Зато, при тщательном осмотре обеих комнат, в комнате Дианы обнаружили следы крови.
Я был убит горем, когда ко мне пришел мистер Лоусон.
- Я же вас предупреждал!
- Мистер Лоусон, мне не до этих суеверий! Пропала моя любимая девушка и ближайший родственник!
- Вот вам книга, почитайте её как следует! Может хотя бы будущих несчастий удастся избежать, - сказал он, положив мне на колени увесистую книгу, и удалившись раньше, чем я успел что-либо ему ответить.
Книга называлась “Легенды о Черном Шаке”. В ней так же была закладка на главе “Уэлшвудский Дог”.
Вообще, в целом, книга была посвящена легендам из разных мест, посвященных адским призрачным псам. Как оказалось, аналог такой легенды был и в этих землях.
По легенде, у одного моего пращура был любимый дог. Он его холил и лелеял, а тот отвечал верностью и преданностью. Говорили, что лорд любил своего дога даже больше, чем собственную семью.
Как оказалось после смерти лорда, слухи оказались правдой, так как все свои земли он завещал любимой собаке, а не родственникам. Родственники обозлились и утопили несчастную собаку на болоте. Было это, кстати, в полнолуние.
Но с тех пор, каждое полнолуние по болоту среди блуждающих огоньков бродил огромный белесый дог, призрак той несчастной собаки. И если кто-то в поместье видел его, пусть даже через окно, мистической силой пес тут же возникал рядом с ним, и навсегда забирал с собой на болота. И лишь изредка в топях потом находили их трупы со следами собачьих когтей и клыков на теле.
Я пошел к комиссару, и показав ему книгу, высказал мнение, что все это организовал мистер Лоусон, желая меня запугать. Я меня не было предположений о его мотивах, но мои доводы о странном поведении адвоката показались комиссару убедительными. Он организовал за адвокатом слежку, но, увы, результатов она не дала.
Прошли недели, а девушек так и не нашли. Тогда я, предполагая, что в следующее полнолуние адвокат попытается убить и меня тоже, предложил комиссару устроить у меня в комнате засаду. Он согласился.
И вот, в ночь полнолуния, я и ещё три офицера ожидали в моей комнате. Я отошел в туалет, что, вместе с ванной, находился в смежной со спальней комнате.
Я сидел на толчке, когда они обе возникли. Диана и Баггси. Хорошо хоть, я на толчке сидел. На мой крик прибежали офицеры, но едва они открыли дверь, как девушки пропали. Я сказал, что мне померещилось от стресса, и извинился, они ушли, недовольно бурча себе что-то под носы.
Едва дверь закрылась, девушки снова появились, но я сумел подавить в себе желание закричать.
- Прости нас, Кевин, - начала Баггси.
- Что, черт подери, тут происходит?! - спросил я шепотом, чтобы не привлечь офицеров и не спугнуть девушек.
- Это… Долгая история, но начать, наверное, стоит с самого неприятного, иначе стыд никогда не даст нашим душам упокоиться, - ответила Диана, и в этот момент я обратил внимание на две вещи.
Во-первых, девушки были полупрозрачными. При свете это было не так заметно, я выключил, чтобы убедиться, и да, они были полупрозрачными и даже слегка светились призрачным белесым светом.
А во-вторых, они держались рука за руку.
- Мы не ненавидели друг друга, как пытались тебе показать, - вздохнула Баггси, - напротив… мы любили друг друга.
- Что?! В каком смысле?!
- Ты не задумывался, - продолжила Диана, почему умная и красивая девушка с приличным приданным в 25 лет все ещё не замужем?
- Да, но Баггси?!
- Я всегда была би. После встречи с тобой, я решила, что это было подростковым увлечением, и любила эти три года только тебя, пока… пока не встретила Диану. Такую умную, такую воспитанную, такую добрую…
- Прости нас, Кевин, - сказали они вдвоем, - прости нас, иначе мы не сможем найти упокоения.
- Но, что, черт подери, произошло той ночью?!
- Уйдя с того скучного вечера, я пошла к Диане. Мы заранее договорились воспользоваться тем, что этой ночью ты будешь занят. До того мы встречались лишь днем и, как правило, в отдаленных строениях поместья…
- Баггси после секса стала любоваться луной… Я её предупреждала, но она сказала, что не верит в бабушкины сказки. И, в этот момент, она увидела Уэлшвудского Дога…
- Он забрал нас обеих и загрыз на болоте. Наши тела утонули в двухсот метрах отсюда на северо-запад, там ещё растет старый остролист. Пожалуйста, прости нашу измену и похорони наши тела, иначе… Иначе мы не обретем покой.
- Что, что за бред вы несете?!
Вдруг, я услышал вой, лай, а затем крики офицеров и выстрелы в спальне. Меня охватил ужас, и я пребывал в оцепенении, пока звуки за дверью не стихли. Лишь тогда я решился открыть дверь.
Следы борьбы, кровь на полу… Видимо, кто-то из них посмотрел в окно, и Уэлшвудский Дог забрал с собой всех, кто был в комнате.
- Прости нас, Кевин. Прости нас, и никогда не смотри на болото в полнолуние.
- Я… я прощаю вас. И клянусь найти ваши тела, чтобы похоронить, - сказал я и заплакал. Когда я поднял глаза, их уже не было.
Неделя поисков, и мы нашли тела. Собственно, их похороны были последним, что я успел сделать до того, как меня посадили в психушку за мои рассказы о том, что случилось с тремя офицерами полиции.
Вот и все, доктор.